Кёсо Сигэтоси — сын известного мастера Кобудо Отакэ Рисукэ Сихана. Пройдя обучение под руководством отца, сегодня он может считаться лицом Кобудо в Японии. В новом веке на смену старым мастерам приходит поколение молодых.

Корреспондент: Скажите, пожалуйста, когда и где Вы родились?

Кёсо-Сэнсэй: Я родился 11 декабря 1954 года в префектуре Тиба в городе Нарита. Есть сестра и брат, оба старше меня.

Кор.: Наверняка наши читатели обратят внимание на то, что родной сын Отакэ Рисукэ носит другую фамилию. Почему? Расскажите, если это не секрет.

Кёсо-Сэнсэй: Моя жена была единственной дочерью в семье Кёсо, когда я женился, то вошел в эту семью и взял фамилию жены.

Кор.: А, вот как! Большое спасибо за то, что ответили на такой деликатный вопрос. Вернемся к делу. Расскажите о своем детстве.

Кёсо-Сэнсэй: В детстве я был довольно слабым ребенком, к тому же у меня была астма.

Кор.: Вероятно, тогда Вы мало играли на улице и не бегали по лужам?

Кёсо-Сэнсэй: Нет-нет, я играл как обыкновенные дети. Рядом с моим домом была гора, я поднимался на нее, лазил по деревьям. Много что делал. Прерывал игры только когда начинался приступ астмы.

Кор.: Поскольку Вы – сын Отакэ-Сэнсэя, то, наверное, боевые искусства вошли в Вашу жизнь с детства. Когда Вы начали заниматься Катори Синто Рю?

Кёсо-Сэнсэй: Официально я вступил в школу, сделав кэппан когда мне было 14 лет. До этого, еще ребенком, я просто наблюдал за тренировками. Поскольку многие приходили к нам тренироваться, а додзё еще не было, то ученики занимались в саду. Когда шел дождь, то все заходили в дом. Я сидел у порога дома, смотрел и запоминал. Так что, к 14-ти годам, когда я сделал кэппан, общее представление о школе у меня уже было. Реально же я начал заниматься с 12-ти лет. До этого времени я просто наблюдал за другими учениками.

Кор.: Отакэ-Сэнсэй настаивал на том, чтобы Вы начали занятия в школе?

Кёсо-Сэнсэй: Нет, он ни разу не говорил мне ничего подобного. Мой старший брат, в отличие от меня с детства обладавший хорошим здоровьем, к тому времени уже занимался в школе у отца. Но я в это время занимался лишь самостоятельно. И если в отсутствии отца у учеников возникали вопросы по технике, то я отвечал на них.

Кор.: Когда вы с братом вступили в школу?

Кёсо-Сэнсэй: День вступления у нас один. В тот день какие-то люди из префектуры Сидзуока собирались делать кэппан. Мы с братом посоветовались и решили, что тоже должны вступить в школу. Так что какого-то торжественного события не произошло. Если все время быть рядом со школой, то все происходит вполне обыденно. Я принял решение официально вступить в школу, поскольку хотел серьезно этим заниматься. Поэтому и никакого душевного колебания по поводу кэппан у меня не было.

Кор.: Раньше Вы говорили о том, что для кэппан используется безымянный палец потому, что в этом случае снижается риск заражения или нагноения.

Кёсо-Сэнсэй: Да, я слышал, что раньше так считалось. У меня немного другое мнение на этот счет.

Кор.: Ваша сестра тоже занимается боевыми искусствами?

Кёсо-Сэнсэй: Нет, сестра не занимается. Может быть она занималась когда-то в детстве, но я этого не помню.

Кор.: Ваш брат сейчас меньше занимается боевыми искусствами? Я редко вижу его на показательных выступлениях.

Кёсо-Сэнсэй: Нет, он занимается так же активно как и раньше. Но он сильно загружен работой, поэтому не всегда принимает участие в показательных выступлениях.

Кор.: Когда Вы были подростком, в тренировках принимали участие Ваши сверстники?

Кёсо-Сэнсэй: Нет. Только когда мне было примерно 20 лет, появились ученики в возрасте 18–19 лет.

Кор.: Значит в детстве Вашими партнерами всегда были взрослые?

Кёсо-Сэнсэй: Да. Вспоминая об этом сейчас, я понимаю, что это было тяжело. Тогда на тренировку одновременно приходили примерно 20 человек. Все они относились ко мне без снисхождения.

Кор.: Хотя Вы были сыном мастера?

Кёсо-Сэнсэй: Как раз потому снисхождения и не было. Просто тогда мне не с чем было сравнивать, поэтому я не воспринимал это как что-то непосильное.

Кор.: Значит, единственным более-менее подходящим по возрасту партнером для Вас был старший брат?

Кёсо-Сэнсэй: Старший брат был гораздо крепче меня. Поэтому изначально я не мог с ним сравниться. Он тоже не воспринимал меня как подходящего партнера. Более того, до сих пор мы с братом ни разу не тренировались вместе, и становимся в пару только во время демонстрационных выступлений.

Кор.: В чем же причина?

Кёсо-Сэнсэй: Никакой особой причины нет, просто так сложились обстоятельства. Кстати, вместе с отцом я тоже ни разу не тренировался. Его партнером я также был только на демонстрационных выступлениях.

Кор.: Вот как?! Каким представлялся Вам Отакэ-Сэнсэй в детстве?

Кёсо-Сэнсэй: Отец очень любил мечи и отдавал себя Катори Синто Рю целиком.

Кор.: Это было ясно даже ребенку?

Кёсо-Сэнсэй: Да, я это понимал. Когда он сердился, то был очень строг. И еще он очень требовательный человек. Люди его поколения часто были такими. Кроме того, у него очень много упорства.

Кор.: Да, но помимо того, что Отакэ-Сэнсэй – Ваш отец, он еще является и Вашим учителем.

Кёсо-Сэнсэй: Конечно это так, однако отец меня специально никогда не учил, я только смотрел и запоминал. В обычной семейной жизни он ни разу не рассказывал мне о своем боевом искусстве. В раннем детстве у меня не было представления что такое Катори Синто Рю и какое место в боевых искусствах занимает эта школа. Но, как все мальчишки, в детстве я с товарищами играл в сражения, смотрел разные фильмы по телевизору. Я много думал об этом, и постепенно у меня сформировалось первоначальное представление что такое Будо и в чем его особенности. Тогда у меня не было возможности своими глазами увидеть другие стили и школы – я мог видеть их только по телевизору. Я сравнивал их с нашей школой, пытался понять отличия, увидеть преимущества и недостатки.

Кор.: Ваш отец Отакэ-Сэнсэй считается одним из выдающихся мастеров Кобудо. Вы тоже так считаете?

Кёсо-Сэнсэй: Когда я стал участвовать в эмбукай (кор. – показательных выступлениях разных школ), я понял, что он очень искусный мастер Кобудо. Первый раз я выступил на подобном мероприятии в Ниппон Будокан (Nippon Budokan) 19 февраля 1978 когда мне было 24 года. Там был эмбутайкай Дзэн Ниппон Кобудо (третий по счету). В том же году я получил Мокуроку. А до этого в школу поступил Дон Дрэгер (1922–1982).

Кор.: Если говорить о Доне Дрэгере, то для Америки он как Мусаси для Японии. Это был выдающийся будока, написавший много работ по боевым искусствам.

Кёсо-Сэнсэй: Я и сейчас хорошо помню тот день, когда Дрэгер-Сан впервые пришел к нам домой. Тогда наш дом находился в городе Нарита. Возвращаясь после школы, я увидел как Дрэгер-Сан подошел к нашему дому. У него было очень крупное телосложение. Он немного походил перед домом и вошел внутрь. Во второй половине 1960-х годов в японских городах нечасто можно было встретить иностранца. Тогда я еще ходил в начальную школу. Достижения Дрэгер-Сан в будо поистине удивительны: он занимался дзюдо, кэндо, каратэ и многими другими воинскими искусствами. Если сложить все его даны, то их будет около 40. И такой выдающийся человек из всех боевых искусств в конце концов выбрал для себя Катори Синто Рю! Значит, эта школа имеет реальную ценность.

Кор.: В то время у Вас, по-моему, еще не было додзё?

Кёсо-Сэнсэй: Да. В то время тренировки проходили рядом с конюшней, которую держала наша семья и где доживали свой век скаковые лошади. Иногда в конюшне было до 15-ти лошадей. Ухаживать за лошадьми – это достаточно тяжелый труд. Дрэгер-Сан и другие ученики помогали нам в этом. Эту работу мы продолжали примерно до 1973 года.

Кор.: Да, это удивительно! Теперь хотел бы спросить о вещах, не связанных с боевыми искусствами. Вы чем-то занимались в начальной школе?

Кёсо-Сэнсэй: Я делал упражнения на перекладине, занимался на гимнастическом коне, любил другие физические упражнения. Поскольку я жил в маленьком городе, скорее деревне, то каких-то разнообразных занятий у нас не было.

Кор.: Вы говорили, что в детстве были слабым, но все же очень активным ребенком. Вы занимались в какой-то секции?

Кёсо-Сэнсэй: В средней школе я занимался пинг-понгом.

Кор.: Это было полезно для боевых искусств?

Кёсо-Сэнсэй: Нет, тогда я не связывал это с боевыми искусствами, но это было полезно для преодоления астмы. На самом деле, я хотел заниматься бейсболом, но думал, что из-за моих невысоких физических данных это, наверное, невозможно. Но сейчас, если подумать о пользе занятий пинг-понгом для боевых искусств, то, наверное, это было бы очень полезно для тренировки проворности и ловкости.

Кор.: Вы продолжили этим заниматься после поступления в высшую школу?

Кёсо-Сэнсэй: Нет. В старших классах я начал заниматься Кюдо поскольку в школе это курировал хороший знакомый моего отца. Секция Кюдо в нашей школе в Нарита была очень сильной, мы постоянно участвовали в различных соревнованиях по всей Японии.

Кор.: Это удивительно! Вы тоже постоянно принимали участие в соревнованиях как член команды?

Кёсо-Сэнсэй: Да, я принимал в этом участие, но не каждый раз.

Кор.: То есть во время учебы в высшей школе, Вы параллельно занимались и Катори Синто Рю и Кюдо? Вы не чувствовали, что одно из этих боевых искусств привлекает Вас больше другого?

Кёсо-Сэнсэй: Время от времени мое внутреннее отношение к занятиям менялось, но в принципе все это было вполне совместимо. Я изучал Кюдо в рамках Всеяпонской федерации Кюдо (кор. – ANKF), имею 5-й дан. После окончания школы я 10 лет работал тренером в своей же секции Кюдо. Иногда выполнял обязанности главного тренера. Сейчас я выполняю функции директора этой секции Кюдо.

Кор.: Извините за нетактичный вопрос. Вы сказали, что в детстве у Вас было не очень хорошее телосложение. Вас не огорчало что другие ученики сильнее Вас?

Кёсо-Сэнсэй: Нет, таких чувств не было.

Кор.: Были ли какие-то периоды, когда Вы стали особенно интенсивно тренироваться?

Кёсо-Сэнсэй: Нет, каких-то особенных периодов в тренировках не было.

Кор.: Ваше мастерство просто великолепно!

Кёсо-Сэнсэй: Нет-нет, это не так! Что касается мастерства, то я думаю, что большое значение имеет суммарный опыт. Я говорил, что в начальной школе развлекался упражнениями на перекладине. В средней школе я уже мог делать «солнышко». Когда занимался пинг-понгом, у меня появилась способность мгновенного увеличения скорости. После школы я много помогал отцу по хозяйству. Когда я устроился на работу в аэропорт Нарита, то там была команда по бейсболу. С одним из ведущих игроков этой команды мы подружились. Он часто приглашал меня для занятий на тренажерах. Мы отжимались, качали пресс и выполняли многие другие упражнения. Все это позволило мне значительно укрепить свое тело. На тренировках по Кюдо я использовал лук с натяжением в 20 кг. Если посмотреть на мое тогдашнее телосложение, то это должно было быть довольно трудно для меня. Но, вероятно, мышцы у меня на спине были уже хорошо развиты.

Кор.: У Вас очень хорошие спортивные способности. Есть что-то общее между Кюдо и Катори Синто Рю?

Кёсо-Сэнсэй: Есть. Во времена основателя школы Иидзаса Тёисай Иэнао не было пистолетов и мушкетов, поэтому, скорее всего, он тоже занимался стрельбой из лука. Я спрашивал у себя, почему из школы исчезла стрельба из лука? Скорее всего, это произошло потому, что для такой тренировки требовалось много места и, к тому же, лук потерял свои позиции в качестве основного оружия. Поэтому со временем лук из обучения исчез. Но в старину буси говорили: «Лук, лошадь, меч, копье». Именно в таком порядке. Первым шел лук. Скажу, что я с этим полностью согласен, и у меня в голове такой же порядок. В юности я считал, и сейчас считаю, что правильно сделал, когда начал серьезно заниматься Кюдо.

Кор.: У Вас ведь есть еще и опыт верховой езды?

Кёсо-Сэнсэй: Да, есть. Но тогда это было для меня просто развлечением.

Кор.: Тем не менее, образно говоря, Вы – буси нашего времени. Говорят, что в Катори Синто Рю есть разделы ката омотэ (внешние) и ура (внутренние). И что в разделе ура рассматриваются реальные ситуации использования техники школы. Если это возможно, то ответьте, пожалуйста, на каком этапе обучения даются эти знания?

Кёсо-Сэнсэй: Вы имеете в виду кудзуси (яп. – выведение из равновесия)? Этому не обучают.

Кор.: Не обучают?

Кёсо-Сэнсэй: Мы считаем, что кудзуси в Катори Синто Рю не существует. Официально этому никогда не обучают. Но иногда, например, объясняют: «Реально удар пойдет вот сюда». Это помогает правильно представить движение и лучше сделать ката.

Кор.: А, вот как?! Безличная передача, что вы по этому поводу думаете?

Кёсо-Сэнсэй: Я точно не знаю мнение отца или других по этому поводу, но что касается меня, то я хочу передать Катори Синто Рю следующему поколению ничего не добавляя от себя. Если что-то добавить, то это уже будет школа Кёсо.

Кор.: Вы имеете в виду, что хотите исключить свое мнение, свои предпочтения, так?

Кёсо-Сэнсэй: Возможно кто-то сочтет это простым копированием, но правильно скопировать это очень непросто. Четко и точно выполнить все техники, делать быстрые движения там где нужно, действовать быстро и резать там, где нужно резать. Сложно соблюсти все нюансы движения, точно воспроизвести замедления и ускорения. Если все понимать по-своему и везде добавлять собственное толкование, это, можно сказать, будет уже переделанная техника. Если так продолжать и дальше, то техники будут меняться одна за другой. И школа Тэнсин Сёдэн Катори Синто Рю будет потеряна. Чтобы этого не произошло, я стараюсь ничего своего не добавлять. Если включить себя, то люди, которые приходят ко мне, чтобы изучать традиционное боевое искусство, будут удивлены и почувствуют, что здесь что-то не так. Более того, поскольку в реальной жизни это не применяется, то важнее всего становится именно сохранение традиции. Отец, на мой взгляд, тоже прикладывал большие усилия, чтобы школа не стала школой Отакэ.

Кор.: Правильно ли я понимаю, что тренировка состоит в том, чтобы устранить влияние на технику своего «я»?

Кёсо-Сэнсэй: М-м, я считаю, что я должен тренироваться так, чтобы у любого человека была уверенность, что я и есть живой пример базового принципа, я и есть Кихон.

Кор.: Это совсем не просто.

Кёсо-Сэнсэй: Да, довольно сложно. Но нужно делать именно так. Только в этом случае можно говорить о передаче.

Кор.: Когда Вы поняли это?

Кёсо-Сэнсэй: После сорока.

Кор.: У Вас была цель после поступления в школу?

Кёсо-Сэнсэй: Когда я начал тренироваться, то у меня было только одно желание – делать все быстрее других. Я так старался преуспеть в этом, что другие ученики высказали мне свое недовольство и просили делать медленнее.

Кор.: Но когда Вам было 40 лет Ваше понимание изменилось, да? Из-за чего это произошло?

Кёсо-Сэнсэй: Особой причины нет. После того, как я в 24 года первый раз принял участие в эмбукай, я стараюсь не отказываться ни от каких показательных выступлений. Это послужило началом для изменения себя. В молодости после тренировки все мышцы тела болели, но все это быстро восстанавливалось. Со временем боль уже не проходит так скоро. Раньше я не занимался растяжкой, считая, что она отрицательно повлияет на мою способность быстрого набора скорости. Но после 40 лет я начал этим заниматься. Физические изменения, вызванные возрастом, можно замедлить, но, к сожалению, остановить невозможно. Поэтому каждый день – это как победа или поражение. Если свернул с правильного пути – нужно снова возвращаться. Это и есть тренировка.

Кор.: Я заново почувствовал серьезность Кобудо и Корю-будзюцу. Спасибо большое! Удачи Вам и дальнейшего развития Катори Синто Рю.